Monday, March 23, 2015

В духе Сэлинджера/ J. D. Salinger’s Spirit

источник: J. D. Salinger’s Spirit
2 февраля 2012 года

Слева направо: Эрик Росс, Лилиана Росс, Мэтью Сэлинджер, Дж. Д. Сэлинджер, Пэгги Сэлинджер – в Центральном парке

От редактора издания The New Yorker: В прошлую пятницу отмечалась вторая годовщина смерти Сэлинджера. Мы попросили писательницу Лилиану Росс поделиться своими мыслями.

Лилиана Росс:

Джером Девид Сэлинджер был выдающимся писателем и необыкновенным другом. Он, как никто другой, умел рассмешить меня — заставляя искренне и громко смеяться. Всё, что ему оставалось сделать, когда мы говорили по телефону – это быть самим собой; и я давала себе волю, разражаясь хрипловатым хохотом.

Его положительные качества известны Коллин О’Нил (Colleen O’Neill), жене писателя в течение последних десятилетий, его сыну Мэтью, а также всем тем, с кем он поддерживал неприкосновенные личные отношения.

Для меня Сэлинджер был великодушным, щедрым и умным коллегой-писателем и другом. Мне его не хватает. Он ушел из этой жизни, но его дух и личность столь же бессмертны, как и его проза.

Думаю, что все опрометчивые и бездумные клише, рассыпаемые вокруг его имени («отшельник», «со странностями» и прочее) высказывают люди, ожесточенные или взбешенные своими собственными крахами и разочарованиями.
Их беспокоит то, что они никогда не видели Сэлинджера участником каких-либо псевдоинтеллектуальных междусобойчиков с самозваными «литературными» критиками; или посетителем званых обедов; или организатором пекущихся о собственной выгоде телеинтервью, — или как-либо еще рекламирующим себя и свои книги. Видимо, этим людям хотелось бы, чтобы Сэлинджер был похож на них.

Он был независим и сам распоряжался собой. Я всегда видела, насколько он был благодарен собственным творениям, книгам, которые давали ему финансовую возможность жить так, как ему нравилось.
В том, что он говорил или делал, никогда не было ни одной фальшивой ноты. Всё незабываемо окутывалось его неподражаемым юмором. Он не умел лгать. Его сильный характер (уникальный в моем жизненном опыте) был важным и назидательным для меня. Это влияние со смертью Сэлинджера не прекратилось.

Написанные им произведения, конечно, навсегда останутся с нами. Его книги продаются бóльшими тиражами, чем книги Толстого и Диккенса. Со времени первой публикации в 1951 году, «Над пропастью во ржи» ежегодно продается тиражом в 250 тыс. экземпляров. (То есть 65 миллионов со времени первой публикации. Факт, не относящийся к делу: с момента первой публикации романа «Война и мир» в 1869 году в России продано 36 миллионов экземпляров).

Став молодым сотрудником издания The New Yorker, Сэлинджер восторженно проникался работой других авторов. Он всегда умел почувствовать, настроиться на замысел коллеги-писателя, был великодушен в похвалах.

В середине 1960-х я написала рассказ под названием «Танцующие в мае» (“Dancers in May”), о молодой школьной учительнице в Нижнем Ист-сайде, готовящей своих пятиклашек к участию в ежегодном фестивале в Центральном парке. Сэлинджер понял, уловил и оценил образ каждого ученика и учительницы, мисс Уайт, с такой нежностью, с какой относился к собственным персонажам.
Он писал мне по поводу этого рассказа, называя его «одним из прекраснейших сочинений, когда-либо созданным тобой или кем-то еще. Я, конечно, вынырнул из рассказа с желанием узнать, что стало с его героями. Как дела у Вилли? Что поделывает Магдалена? ...Несомненно, это одно из литературных произведений, которое я никогда не забуду и всегда буду любить».

Сэлинджер – писатель, которого всегда будут любить и никогда не забудут миллионы читателей на планете.

Фотографии предоставлены Лилианой Росс.
Четыре фотоснимка, изображающие Сэлинджера, сделаны в 1960-е годы. Из личной коллекции Лилианы Росс (источник).

Перевод – Е. Кузьмина © http://elenakuzmina.blogspot.com/

No comments:

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...