Friday, June 29, 2012

Кобаяси Исса - поэт слабых и обездоленных / Kobayashi Issa (1763 – 1827)

Кобаяси Исса (Kobayashi Issa, 1763 – 1827) - поэт и буддийский священник школы Дзёдо-синсю (Jōdo Shinshū), известен просто по псевдониму – Исса, буквально означающему «(одна) чашка чая».

Исса - один из четверки величайших мастеров хайку – наряду с Мацуо Басё, Ёса Бусоном и Масаока Сики.

Урожденный Кобаяси Нобуюки (Kobayashi Nobuyuki), в детстве также Кобаяси Ятаро (Kobayashi Yatarō) – он был первенцем в семье крестьянина из деревни Касивабара (Kashiwabara), провинция Синано - ныне часть Синано-мати (Shinano-machi), префектура Нагано.

Когда мальчику было три года, умерла его мать - первая из множества бед и горестей, которым суждено выпасть на долю будущего поэта.
За мальчиком присматривала любящая бабушка, но когда пять лет спустя отец женился вторично, судьба Кобаяси круто переменилась.
Через пару лет у Кобаяси родился сводный брат, а в 14 лет умерла бабушка. Он стал чужаком в собственном доме; одинокий и бесприютный, он уходил – бродить в полях. Мачеха была недовольна бестолковым пасынком – по данным биографов, то была властная женщина из семьи крестьян, привыкших к тяжелой работе.
Кобаяси отправили в Эдо (нынешний Токио)...

События последующих десяти лет жизни поэта биографам известны мало. Считают, что он был связан с Кобаяси Тикуя (Kobayashi Chikua) из школы хайку Нирокуан (Nirokuan), но эти данные не подтверждены.

В последующие годы Исса скитался по стране и судился с мачехой за наследство (его отец умер в 1801 году, когда Иссе было 38 лет).
Годы спустя, после тяжб и ссор, Исса смог получить право владения половиной оставленного отцом. 49-летний поэт вернулся в родную деревню и вскоре женился на женщине по имени Кику (Kiku). Однако счастье длилось недолго, скоро снова посыпались беды. Первый ребенок супругов умер вскоре после рождения. Через два с половиной года умерла дочь – на смерть девочки Исса написал знаменитые строки:

наша жизнь — росинка.
пусть лишь капелька росы
наша жизнь — и всё же…

В 1820 году у 57-летнего поэта умер третий ребенок, а три года спустя (1823) скончалась жена Кику. Исса написал после её смерти:

пережил я всех,
пережил их всех я, -
о, какой холод...

Позднее Исса, которому было уже за 60, женился еще дважды.

Несмотря на нелегкие жизненные обстоятельства, всю жизнь он писал, оставив после себя огромное количество стихов.

В 1827 году в деревне Касивабара случился страшный пожар. Исса потерял в огне свой дом и с тех пор жил в помещении склада – эта хибарка сохранилась на его родине.
«Блохи спасались из горящего дома, и нашли приют здесь со мною», - говорил поэт. Об этом пожаре он писал также:

вдруг оставишь только
огонек, с мерцаньем светляка сравнимый, -
о, бог, о небеса...

Исса умер 19 ноября 1827 года в своей родной деревне.
По старо-японскому календарю, поэт умер на 19-й день одиннадцатой Луны, в десятый год эры Бунка-Бунсей (Bunka-Bunsei, с 1804 по 1829). Поскольку Десятый год Бунсей примерно соответствует 1827 году, многие источники указывают годом смерти поэта именно его.

Несмотря на преследовавшие поэта невзгоды, его произведения демонстрируют детскую безыскусность и искренность; он свободно использует местные диалекты и разговорную речь; много пишет о мире растений и «низших творений».
Специалисты подсчитали, что Исса посвятил 54 хайку улитке, 15 – жабе, около 200 – лягушкам, примерно 230 – светляку, 150 – комарам, 90 – мухам, более 100 – блохам и более 90 цикадам. Всего наследие Иссы насчитывает около тысячи стихов, написанных об этих живых созданиях.

На основе поэзии Кобаяси Иссы сложился облик автора – земной, сострадательный и милосердный, любящий детей и животных, равнодушный к внешней мишуре и власти, к рамкам общепринятых ритуалов.

щенок заснул,
опершись лапками
о ствол плакучей ивы.

блоха,
что плохо прыгает
тем более прекрасна.

моя лачуга так тесна,
но упражняйтесь, блошки,
в прыжках.

источники: 1, 2
продожение следует

Перевод – Е. Кузьмина © http://elenakuzmina.blogspot.com/

Wednesday, June 20, 2012

Мастер икебана Тосиро Кавасе/ Toshiro Kawase: ikebana artist and a flower at prayer

Современный мастер икебана Тосиро Кавасэ (Toshiro Kawase) создает композиции с использованием неожиданных ёмкостей в качестве ваз. Получаются удивительные произведения, подчеркивающие хрупкость и красоту цветка в грубоватой неотделанной оправе.

Художник отмечает, что старые вещи выглядят даже лучше новых:
«Ведь красота не в рукотворном, созданном человеком, а в том, что он сам сумел увидеть, раскрыть».

В одной из своих работ Кавасэ-сан использовал в качестве ёмкости высохший цветок лотоса. Это уникальная «ваза», которая никогда не будет использована вторично. Недолговечность, мимолётность – вот что делает икебану столь прекрасной.

(из программы телеканала NHK World, посвященной икебана)

* * *
Тосиро Кавасе. Вдохновенные композиции из цветов

источник: Toshiro Kawase Inspired Flower Arrangements

О книге
Вступительное слово - Иссей Мияки (Issey Miyake), японский дизайнер

В своих изумительно красивых и самобытных произведениях, Тосиро Кавасе демонстрирует новый подход к искусству составления композиций из цветов. С помощью потрясающих красочных фотографий являя свой знаменитый на весь мир стиль, включающий природу в пространство комнат.

Икебана часто ошибочно воспринимается как форма статического искусства. Её правила неуклонно выполнялись и укреплялись поколениями мастеров. Но на самом деле японское искусство составления цветочных композиций должно быть проявлением динамичных взаимоотношений природы и человека, где каждое произведение воплощает собою безграничные возможности форм и посланий.

Основанные на глубоком знании традиционных техник, творения Тосиро Кавасе свободны и непринужденны благодаря интимному отклику мастера на окружающий мир природы. Составитель композиций, по мнению Кавасе, это художник, не скованный рамками предписаний, но свободный и открытый для самовыражения. В идеале, конечная цель – создание форм поэзии цветов.

Отсюда слово «вдохновленный» в названии. Цель Кавасе – стать вдохновителем, предложить новые методы составления композиций из растений. В то же время, мастер предлагает практические советы для начинающих; объясняет важность использования подходящих ёмкостей для букетов; делится своими размышлениями о том, что делает ту или иную цветочную композицию броской, притягивающей внимание или утонченной.

Отзывы редакторов:
«Изумительно». - Booklist


«Эти простые, но красноречивые композиции не оставят равнодушным никого из тех, кто увидел их». - The Garden Book Club (Alternate Selection)

«Потрясающие яркие фотографии» - San Francisco Chronicle


«Он творит божественную поэзию из таких простых материалов, как ломонос и кленовые листья». - Chicago Sun-Times

Об авторе

Тосиро Кавасе (Toshiro Kawase) родился в Киото в 1948 году. Он был младшим сыном в семье известных флористов. Вот уже несколько поколений Кавасе их магазин под названием Хана-ити (Hana-ichi) - официальный поставщик цветов и прочих материалов для создания композиций в знаменитую Школу икебаны Икенобо (Ikenobo School of Ikebana) в Киото.

С ранних лет Тосиро Кавасе увлечен цветами, создавая первые композиции по наитию, без всяких предписаний и инструкций. Когда ему было десять лет, мальчик уже составлял цветочные композиции перед группами зрителей в частных домах.

Однажды, доставляя свежие цветы из фамильного магазина в буддийский монастырь, где располагался центр Школы Икенобо, юный Тосиро Кавасе увидел пожилого мастера школы, который склонился в молитвенном поклоне. В этот момент Кавасе проникся уверенностью в том, что, по его словам, дух цветочных композиций «должен быть подобен духу молитвы – инори» (яп. «молитва» - кито (kito) или инори (inori).

По окончании средней школы в Киото, Тосиро Кавасе отправился в Токио изучать драму.
В 1970 году 22-летний студент занимается изучением театрального искусства в парижском университете. Однако проведя в Европе два с половиной года Тосиро Кавасе почувствовал, что его тянет обратно в мир цветов и занятий икебаной, - и молодой человек вернулся в Японию.

По возвращении в Киото, Кавасе поступил в Академию культуры икенобо (Ikenobō Cultural Academy). Его пожизненным учителем стал Мастер Кёдзё Окада (Кōzō Okada). Тосиро Кавасе до сих пор вспоминает, как на самом первом уроке его поразил и вдохновил предложенный Мастером стиль татехана (tatehana, воздвигнутый цветок), кардинально отличавшийся от традиционных форм, которые использовались в Икенобо.
Молодой ученик возобновил заявку на получение степени Мастера искусства икебана, стремясь объединить принцип «инори» со стилем татехана.


В середине 1970-х Тосиро Кавасе знакомится с представлениями театра Но в исполнении знаменитого актера династии Кандзе, Хисао Кандзе (Hisao Kanze, 1925-1978). Они вдохновили Кавасе на создание образа «цветок молитвы» (a flower at prayer).
Наконец он понял, что единственный способ воплотить свой взгляд, индивидуальное вúдение цветов, - это создать новую форму икебана, выходящую за пределы любой из традиционных школ.


В 1976 году, после смерти матери, Тосиро Кавасе снова переезжает в Токио. А потом состоялось неожиданное и важное знакомство. Работая на полставки создателем цветочных композиций в ресторане в модном токийском квартале Харадзюку (Harajuku), Кавасе познакомился со знаменитым на весь мир дизайнером Иссеем Мияки (Issey Miyake).

Мияки был буквально ошеломлен самобытностью произведений Кавасе. Он познакомил молодого мастера икебаны с другими выдающимися фигурами современного японского мира моды и искусства.

С тех пор Тосиро Кавасе обучает секретам своего мастерства и стиля икебаны по всей Японии. В отличие от обычных мастеров традиционных японских искусств, Тосиро Кавасе не стал брать себе учеников. Он не стремится устанавливать свод правил и требований о составлении композиций из цветов. Мастер хочет пробуждать и поддерживать в людях любовь к искусству составления цветочных композиций в повседневной жизни. Тосиро Кавасе считает, что рассказывая о своём видении составления композиций он сумеет вызвать любовь к самой сущности японского искусства икебана. И любовь эту сможет разделить каждый человек.


Как художник-составитель цветочных композиций, не принадлежащий ни одной общепринятой школе, Кавасе-сан выбрал своей непростой задачей сделать так, чтобы составление творений из цветов стало не хобби или развлечением, но метафорой японского сознания и культуры.

* * *
Тосиро Кавасе: Цветы, настоянные на лунном сиянии


луноцвета белизна
неясна в свете сумерек
какая чистота: луны
восход

Симаги Акахико

Цветочные композиции Тосиро Кавасе нельзя назвать стандартной икебаной. Они – полная противоположность букетам, созданным под спудом форм, школ и стилей. Икебана Тосиро Кавасе – поистине портрет Японии, выполненный из цветов. Осенними вечерами луна, цветы и люди гармонично сливаются в синеватых сумерках. Кажется, что луна нисходит с небес и поселяется в цветках. Кавасе уловил настроение таких осенних вечеров.

Гармония в осенних цветах

Тосиро Кавасе:
Поэтическое настроение осенних цветов – это не икэру (ikeru, делать живым), а скорее, как учили наши предки, «давать жить так, как предназначено природой».
Здесь дело не в искусственном создании формы, но в следовании духу каждого цветка. Отбор и компонование раскрывают форму цветка. Сначала в вазу помещают самые невысокие растения, постепенно добавляя высоты, снизу вверх – так, как растения появляются в полях. Взгляд самопроизвольно скользит вверх, и когда мы поднимаем глаза ввысь, к небу, там парúт луна.

Для японца, ощущающего тесное родство с травами, поле пампасовой травы – образ исконный, архетипический [объединяющий многовековой культурный опыт, допускающий вариативность, но в то же время узнаваемый и интуитивно воспроизводимый]. Человек, выросший в городе, к примеру, при виде полей пампасовой травы оказывается охваченным томительной ностальгией. Кажется, эта картина впечатана в наш ДНК. Похожее чувство благодарного восприятия относится и к луне, которой мы восторгаемся как даром небес.

Помещенные в одну вазу осенние полевые цветы всех оттенков будут выглядеть гармонично. Весенние полевые цветы совсем иные, они короче, все свежие и юные – мало что отличает их друг от друга. А вот отмеченные временем, обветшалые цветы осени – долговязы и тонки. Некоторые из них поломаны, другие выцвели или изъедены насекомыми. Эти черты придают осенним цветам неповторимость, индивидуальность. Их отличия бросаются в глаза, но вместе, в букете, цветовые пряди сплетаются в подобие гобелена, отмеченного идеальной и гармоничной красотой.

Я думаю, именно поэтому японцы продолжают любить и рисовать осенние поля.

Луна над полями

Сосуд: бронзовая ваза, увенчанная изображением хризантем императорского дома; из Императорского дворца Сенто (Sento Imperial Palace).

Композиция: гвоздика пышная (два вида), лобелия («кардинальский цветок»), астра (три вида), кувшинка пахучая (или трициртис), Зорька Вильфорда (Lychnis wilfordii), японский чертополох, японская таволга (спирея), shimobashira (Keiskea japonica), колокольчик (balloon flower), посконник (eupatorium), цепкоплодник нитевидный (Antenoron filiforme), patrina, листья дикой земляники, травы eulalia grass, японская пампасовая трава, и так далее.

Изящные, грациозные и гибкие на вид, осенние цветы очень выносливы. Похожая на дымку пампасовая трава на самом деле невероятно стойкая. Поэтому, по словам Тосиро Кавасе, скомпоновать несколько видов осенних трав столь же сложно, как привести к согласию нескольких женщин. Но правильно созданная композиция предстанет в бесподобной красе. Дикие цветы и полевые травы лучше всего ставить так, чтобы они выглядели только что сорванными в полях. В данном случае, однако, цветы выставлены с особым тщанием и подчеркиванием достоинств, чтобы гармонировать с сосудом – императорской вазой. Густое обильное опрыскивание усиливает эффект, создавая впечатление росистого полевого пейзажа. В соединении с потускневшей от времени одноцветной ширмой с изображением серебристой луны, цветочная композиция сотворила в помещении атмосферу, ореол осеннего поля.

Нисхождение в рай
Сосуд: ваза Kiseto-ware.

Чистейший белый цветок поднимается из лотосовой чашечки и вазы, округлой словно застывшая во времени полная луна. Цветок лотоса предстаёт в облике расправившей крылья крупной белой бабочки, или лунной богини, опустившейся к вазе, по ошибке принятой ею за луну. Японцы почитают луну как святыню. Поэтому лотос, символ буддийского рая, здесь наиболее приемлемый цветок.

Когда в Японии проходят праздники любования луной, японцы всегда совершают цветочные подношения. Стоящие цветы считаются ориентирами для богини луны, сходящей с небес. Во время сезонных празднований японцы наслаждаются едой, питьем и песнопением, объединенные с духом, присущим природе.

Тосиро Кавасе (Toshiro Kawase)
Родился в Киото в 1948 году. Получил ученую степень в японском университете культуры (Nihon University College of Art) и проводил дипломную работу в области театрального и киноискусства в Париже. По возвращении в Японию в 1974 году разработал индивидуальный стиль составления цветочных композиций, основанный на эстетических правилах татэ-хана (tate-hana, стоящие цветы) и нагэире (nageire, брошенные цветы).

Среди его книг - Inspired Flower Arrangements (см. выше).

источник: Toshiro Kawase - Flowers Infused with Autumn Moonlight


Вебсайт Тосиро Кавасе (япон. яз.)

Блог Тосиро Кавасе с неповторимыми «икебана на каждый день» (японс. яз).

Перевод – Е. Кузьмина © http://elenakuzmina.blogspot.com/

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...