Friday, July 17, 2009

Арманд Шультесс, Энциклопедия в лесу / Armand Schulthess, Enzyklopädie im Wald

Сад знаний / A Garden of Knowledge

Арманд Шультесс провел более 20 лет, создавая одну из самых необычных энциклопедий. Он исписал тысячи табличек (обычно это жестяные пластинки) информацией, собранной им из книг и журналов. Пластинки с надписями Шультесс развешивал в своём каштановом лесу, расположенным на территории 18 000 кв. метров, или крепил их на стенах и заборах.

Области знаний были сгруппированы по мере продвижения тропинок, начинаясь с геологии, палеонтологии и атомной физики. Миновав историю литературы и музыкальные науки, можно было добраться до дома Шультесса, а также до раздела психоанализа и оккультных наук. Внутри дома была собрана библиотека из самостоятельно сложенных и переплетенных книг.

Необыкновенная работа известна под названием Enzyklopädie im Wald (Лесная энциклопедия) или Космогонический сад (Jardin Cosmogonique).

В 1972 году Арманд Шультесс был найден мертвым в своём саду.
К лету 1973 года его наследники уничтожили бóльшую часть его работ.

источник

*
В 1951 году, в возрасте пятидесяти лет, Арманд Шультесс оставил работу федерального чиновника в Отделе общественной экономики – с целью начать новую жизнь по собственным правилам и в собственном имении, расположенном в Аурессио (Auressio), что в кантоне Тицино (Cantone Ticino), Швейцария. Его выбор не был ни консервативным, ни сентиментальным, в нем не было ничего экзотического. Изменение образа жизни было профессиональным, социальным и ментальным.

Среди каштановых деревьев и виноградников, обильно росших на принадлежавшей ему земле, Шультесс создал собственный Райский сад, утопический мир, который был безумен в своей организованности в сложную систему дорожек, проходов, мостов, лестниц, мест для остановок и панорамных видов.
Он вмешивался, внедрялся - повсеместно, прилаживая, прибивая и привязывая сотни жестяных пластинок, сделанных из консервных банок, ведер, бачков, - на деревья, камни и стены. Дощечки были сплошь покрыты разноцветными надписями, сделанными красками с помощью вязальной спицы или палочки, а также рисунками и машинописными страницами со специальными защитными пластиковыми крышками.

Фантастическая вселенная Шультесса родилась в 1951 году не из ничего; его побег, уход от реальности не был импровизацией. В течение довольно долгого времени тихий федеральный служащий тайно собирал и архивировал документацию, необходимую для осуществления его Райского сада; он составил и переплёл целых семьдесят книг. Этот материал должен был стать отправной точкой для детальной разработки его вселенной, творения, продуманного заранее – тайком, молчаливо и в полном одиночестве.

Тексты, которые были переписаны и отредактированы экс-чиновником на пяти языках, касались широчайшего спектра дисциплин: от геологии до астрологии, от оперы до астрономии, от математики до литературы, от оккультных наук до сердечных дел и вопросов кулинарии. Казалось, его целью было создание живой и бесконечной энциклопедии.

(надпись: "Идея - сядь и почитай книгу")
На первый взгляд необычайный сад, наверное, выглядел лабиринтоподобным миром, хаотичным и страдающим речевым недержанием. Но более внимательному взгляду открывалось то, насколько окружающая среда была структурирована и как она следовала чёткой системе.
Зачастую надписи были адресованы потенциальным читателям и демонстрировали желание общаться с другими. Это выглядело противоречием поведению Шультесса: по воспоминаниям его соседей, он прятался, избегая любых потенциальных собеседников, вплоть до того, что перерезал телефонную линию. Ощущая невозможность для себя общаться посредством обычного диалога, Шультесс предпочел коммуникацию с помощью замысловатой системы «посланий в бутылке».

В этом царстве собственного производства Шультесс стал демиургом, преобразовывая космос и заново организуя систему человеческой мысли, объединяя и сочетая культуру и естествознание, дух и эмоцию, используя себе в помощь окружающую природу.

В любом случае, его обращение, хоть и было поэтичным, оказалось «мертвой буквой», недоставленным письмом. В 1972 году Шультесс умер от гипотермии после падения со скалы. На следующий год власти Тессина и наследники Шультесса опустошили дом в Аурессио, сжигая и уничтожая всё, что было построено им на его участке. И только благодаря щепетильности и восприимчивости нескольких человек, очарованных творением Шультесса, были спасены кое-какие остатки: пластинки с надписями, несколько книг и рукописная карта его собственности.
Документальный фильм Ганса-Ульриха Шлюмпфа, наряду с фотографиями Тео Фрея (Theo Frey) и Джеральда Минкоффа (Gérald Minkoff) - единственные доказательства существования сада Шультесса, от которого сегодня в Аурессио не осталось ничего.

источник

*
Арманд Шультесс (Armand Schulthess), урожденный Альфред Фернанд Арманд Дюриг (Alfred Fernand Armand Dürig) родился 19 февраля [по другим данным19 января] 1901 года в городе Нашатель, французская часть Швейцарии.
Он был приемным ребенком.
В 1910 году семья переехала в Цюрих.
1919 – 1923 – занимается технической корреспонденцией в разных фирмах.
С 1923 по 1934 гг. - в Цюрихе, затем в Женеве был владельцем бизнеса по производству женской одежды, но вынужден был его оставить из-за экономического кризиса.
Начиная с 1935 часто бывает за границей, например, около года – в Нидерландах, где живет его брат.
С 1939 по 1951 – помощник в отделе экспорта и импорта торгового отдела одной из фирм в Швейцарии.
Дважды был женат, однако оба брака закончились разводами.
Единственный ребёнок Шультесса умер в раннем возрасте.

В 1951 году Шультесс оставил службу. В его планы входило начать «новую идеальную жизнь» в Тессине (Tessin, итал. Ticino — кантон на юге Швейцарии). Еще в 1942 году Шультесс смог купить в Аурессио (Auressio) деревенский дом и обширный участок площадью 18 га.
Шультесс фиксировал и классифицировал разнообразную информацию, развешивая записи на деревьях. Несомненно, в XVIII веке он был бы великим энциклопедистом. Свои владения, каштановый лес площадью в 18 гектаров, он превратил в философский сад. Вдоль отлогой дороги стояли деревья, увешанные табличками и дощечками, на которых Шультесс фиксировал информацию из самых разных областей знаний. Зачастую речь шла просто о названии определенной книги.

Покрытые надписями дощечки крепились на стенах дома, были привязаны к ветвям и стволам деревьев; иногда по отдельности, иногда целыми сериями, где пластинки соединялись проволокой словно в химической формуле. Шультесс говорил: «Такова моя система. Подобное к подобному».
Он брал сведения из книг, газет, журналов, брошюр: «Всё, что я систематизирую, я записываю только один раз. Только так можно это упорядочить».

Арманд Шультесс исписал тысячи жестяных, деревянных и картонных дощечек информацией - в виде цитат, таблиц, ссылок на книги, - из множества областей науки: физика, химия, экономика, история, астрология, психология, кибернетика. Он коллекционировал информацию о биологии и женской моде, о проблемах любви и брака, о возможности добычи электричества с помощью приводимого в движение ветром генератора. Он охватывал гуманитарные, литературно-исторические, музыкально-исторические данные из области европейской культуры, а также сведения, например, о японской и китайской письменности, о египетских иероглифах, клинописи; появлялись также сведения о паранормальных явлениях, алхимии, пророчествах.

Речь шла об организации всех знаний, полученных в ходе истории человечества. Лес должен был стать подобием энциклопедии, где были бы доступны любые факты из области знаний. Это было виртуальной коллекцией знаний человечества, можно сказать, заменитель всех людей, живых существ, феноменов, которые существовали и существуют.
«Заменитель» - поскольку Арманд Шультесс, который жил здесь более 20 лет, от непосредственных контактов с людьми отказывался.

Швейцарская художница Ингеборг Люшер (Ingeborg Lüscher), которая готовила фоторепортаж, описывая свои недолгие встречи с Шультессом, упоминает трудность сближения, робость и настороженность этого человека. Хотя на своих табличках он обращался к людям, призывая использовать его книги и справочную информацию, Шультесс делал всё, чтобы избежать контактов.
На табличках было приглашение обращаться к нему по телефону, однако номер был неправильным. Двойственность, желание общения и одновременно отказ от него, - в этом вся «энциклопедия в лесу» Шультесса. Он сжал мир до небольшого упорядоченного космоса из знаков, из написанных, а не произнесенных, слов, и принёс свой космос в природу, в каштановый лес, в живой, дышащий, постоянно меняющийся мир.

Во внутренней части дома Шультесс собирал информацию о том, как нужно вести себя с «Личностью женского пола»; коллекционировал медицинские факты об оплодотворении, беременности, климаксе.
Порой выглядело так, словно он настойчиво подавал некие знаки касательно эротической темы – это ощущалось в форме табличек, в их расположении; казалось, что кто-то с несомненным умыслом затеял эротическую игру. Страдающий мономанией? Эротический гений? Или скромнее, - тот, кто делает свою сокровенную мечту – видимой, наглядной? Обращения вроде таких: «Особа женского пола любит фотографию? Проявка, увеличение, имеется оборудование». Или: «Юная особа женского пола интересуется графологией? Для изучения в нашем распоряжении 500 факсимиле исторических личностей».

Шультесс был одиночкой, отшельником, не принадлежал социуму. У него были причины, чтобы выбрать местом своего обитания Тессин (Тицино). В немецкой части Швейцарии он вряд ли смог бы спокойно работать в течение 20 лет. Там его могли интернировать, там жили его наследники, – которые дали уничтожить работу Шультесса после его смерти [учитывая, что детей у него не было, а сам он был усыновлён, наследники – седьмая вода на киселе; чужие люди. Наверняка стыдились «сумасшедшего» - прим. перев.]. А вот в итальянской Швейцарии, в Тессине, его оставили в покое. В то же время, поселись он южнее, Шультессу было бы сложно пользоваться обилием газет, книг, журналов, брошюр, которые он находил здесь. Тессин значил для него уединенность, безмятежную работу в горной долине, но одновременно - близость к цивилизации, которая была нужна Шультессу для его работы. Почти каждую неделю он пешком отправлялся в Локарно, чтобы купить и собрать материал для своей энциклопедии.

29 сентября 1972 года Шультесс был найден в своём саду мертвым.

Летом 1973 года усадьба и дом Шультесса были опустошены наследниками, уничтожившими бóльшую часть уникального творения.

Уцелело около 600 оригинальных единиц - таблички с надписями и часть библиотеки.

Сегодня отшельник и чудак Шультесс обрел статус выдающегося швейцарского художника. Его произведения были показаны на выставке Junggesellenmaschinen [дословно «машины холостяков»] (1975-1977) в Берне, Венеции, Брюсселе, Дюссельдорфе, Париже, Мальмё, Амстердаме и Вене, в 1976 в Musée de l'Art Brut в Лозанне, позже, в 1978-1980 - в Monte Veritâ [дословно Холм истины] в Асконе (кантон Тицино), в Цюрихе, Берлине, Вене и Мюнхене.
Некоторые работы Шультесса находятся сегодня в частных коллекциях, а основная часть его произведений с 1981 года хранится в музее Casa Annata около Асконы, созданном под руководством Харальда Сееманна (Harald Szeemann).

В 1974 году Ганс-Ульрих Шлюмпф (Hans-Ulrich Schlumpf) снял фильм «Арманд Шультесс. У меня есть телефон» (Armand Schulthess, j'ai le téléphone), посвященный работе и жизни необыкновенного отшельника.

Считается, что Шультесс и его «Энциклопедия в лесу» вдохновили Макса Фриша написать роман «Человек появляется в эпоху Голоцена» (Der Mensch erscheint im Holozän, 1979). [в книге герой по имени Гайзер принимается за изучение энциклопедий и справочников. Выписывает или вырезает интересующую его информацию и развешивает по стенам пустынного дома - прим. перев.]

источники: 1, 2

*
Ганс-Ульрих Шлюмпф «Арманд Шультесс. У меня есть телефон»

Этот фильм Ганса-Ульрих Шлюмпфа о или, вернее, касательно Альфреда Фернана Арманда Шультесса не просто воспроизводит факты, как делают обычно документальные фильмы. Он не документирует – он сам является документом; он - факт, который сливается с другими описанными фактами, воплощает их, относится и принадлежит к ним. С первого момента его создания, фильм стал неотъемлемой частью Шультессианума (Schulthessianum).
Редчайшая удача для неигрового кино, для медиа, - служить подлинным фондом, хранилищем памяти, - не только описывая прошлое, но и оберегая его.

Шлюмпф не просто живописует Шультесса – он даёт ему жизнь. То, что снял автор фильма, не было достоянием публики – на самом деле, это была противоположность публичности, – нечто, оберегаемое Шультессом только для себя, - и исчезнувшее из сознания, использования и памяти тех, кто продолжает жить после его смерти.

Так произошло бы с Армандом Шультессом, если бы фильм Шлюмпфа потерялся или не был снят: словно такого человека никогда не существовало, словно вместе с его наследием и сам он был отправлен на свалку.

С застенчивостью и уважением, Шлюмпф не пытается принуждать, насиловать факты, притягивать их за уши: он располагает их кумулятивно, без дидактичности и видимой конечной цели. Только одна идея возникает из всего представленного им без вычурности и прикрас: то, что Шультесс был одинок, в своей колоссальной невротической неспособности к жизни избегая общения и притворяясь, будто ищет его.

Было необходимо детально разработать эту тему, поскольку в противном случае уникальность, или – более того - право на существование этого фильма было бы трудно объяснить. Прежде и сверх всего, это должна была быть информация, пусть даже неполная и ограниченная, но которая вновь вернёт то, чем сам Шультесс в своей жизни пренебрег, будучи неспособен к тому, чего хотел и не хотел одновременно: чтобы о нём стало известно. Телефон, который Шлюмпф справедливо вывел в названии фильма, подчеркивает контакт с внешним миром, которого, возможно, искал Шультесс. Ведь, в конце концов, этот посредник коммуникации позволяет общаться с людьми – на расстоянии.

Существует только два способа написать о фильме Шлюмпфа, и оба – опять-таки лишь способы написать о Шультессе, настолько «проницаем» фильм, настолько лишен возможности для сравнений.
Можно пересказывать факты, то есть писать стенограмму фильма. Или можно делать то, чего хотел бы Шлюмпф, или что ему пришлось опустить: пытаться интерпретировать Шультесса, толковать его поступки и мышление, с целью перенести необычное, тревожащее, табуированное - в знакомые, заслуживающие доверия категории, - одновременно осознавая, что подобные принижения до уровня плоского «здравого смысла» всегда имеют несколько убогий, неубедительный и прозаический эффект, вызывая ощущение, что, посредством дешевых методов, мир был возвращен к банальному.

«Хотя в фильме речь идет о жизни и работе исключительного индивидуалиста, эксцентричного Арманда Шультесса, Ганс-Ульрих Шлюмпф преуспел в перенесении явления индивидуального, единичного – к общему – поистине, историческому; без надуманных интерпретаций и программных принуждений... Из пяти наиболее важных документальных фильмов, недавно здесь представленных, «Арманд Шультесс», вероятно, наиболее осязаемо воплощает достижения авангардистского кино. Стиль фильма, метод, с помощью которого он снят, почти неосязаемо соответствуют методам самого Арманда Шультесса».

источник

Перевод – Е. Кузьмина © При использовании моих переводов обязательна ссылка на сайт http://elenakuzmina.blogspot.com/

No comments:

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...