Sunday, September 07, 2008

Масао Ямамото. Божества - во всём и каждом / Masao Yamamoto. Deities in all and sundry

Работы Масао Ямамото начали выставляться в Америке в середине 1990-х годов. Они неизменно заслуживали международное признание, отчасти благодаря постоянной поддержке издательства Nazraeli Press, которое недавно выпустило вторую монографию художника. Однако это не книга, а свиток (макимоно) длиной в 18 футов, помещенный в изящную коробку из дерева и оргстекла. Свиток как средство презентации прекрасно подходит для работ Ямамото, по сути, выполняя роль стен выставочного зала.

Недавно я с удовольствием посетил открытие выставки работ Ямамото в Санта-Монике, Калифорния. Художник и его жена, Рейко, также прибыли из Японии, чтобы присутствовать на этом мероприятии. Так что в дополнение к короткой беседе с художником о его работе, мне впервые выпала возможность увидеть оригиналы его фотографий и экспозицию в выставочном зале.

После того, как вошел в галерею, каждый с чувством признательности оценит идею издания этих работ в виде свитка. Ямамото, в сотрудничестве со своей женой (и иногда с другими), расположил фотографии на стенах таким образом, что они очень напоминали коллаж. Так, каждая выставка становится непосредственным откликом физическому пространству галереи.

Когда свиток начинает разворачиваться – или, по аналогии, когда вступаешь в пространство выставочного зала, – тебя мгновенно увлекают, захватывают, или по крайней мере, подзывают манящим жестом. Большинство фоторабот очень маленького размера и приходится буквально приближаться вплотную, чтобы разобрать содержание картин. Это движение и близость зрителя к фотоработам – прямое, непосредственное действие, параллельное исходному, подлинному акту вúдения.

Мы, зрители, копируем, подражаем фотографу, который в момент, когда щёлкал затвором камеры, сам был зрителем мира. Как личность Ямамото чрезвычайно глубоко увлечен окружающим миром. Он – в буквальном и переносном смысле - очень близок к миру; и подталкивает зрителей тоже подойти поближе. Он передаёт ощущение того, каково это - быть внимательным, видеть по-настоящему.

Я спрашивал художника об этой внимательности. Хотя он ответил, что ненавидит попытки описать свою работу словами («Думаю, если бы мои работы можно было исчерпывающе объяснить с помощью слов, – они бы мало значили»), он всё же поделился такими рассуждениями:

«Я живу в каждом дне, чувствуя божественное во всём и каждом, пытаясь всегда улавливать это и быть благодарным. Возможно, такова эстетика моей жизни. И поскольку фотография для меня – эквивалент основных житейских потребностей, вроде пищи и сна, эта эстетика применима к моим фотографиям.
Впрочем, не уверен, можно ли назвать это «философией»... То, что изначально возникло в процессе наслаждения жизнью и «поисков красоты», в какой-то момент сублимировалось, возвысилось в нечто достойное быть представленным вам и другим зрителям».


На основную мысль работ Ямамото намекают названия, использованные для каждой монографии – недавнее «Nakazora» и «Коробка Ku» (Ku no Hako: A box of Ku) в его первой книге. Слово «ku» может означать «небытие», «пустотность» ('nothingness'). Духовный подтекст такого слова раскрывается в названии «Nakazora», - «пространство между небом и землей, или пустота». Очевидно, что для Ямамото цель находится вне сферы только физического, хотя использование фотографии в преследовании подобной цели кажется ненадёжным. Предательство вытекает из неотъемлемых свойств выбранного средства; способность фотографии прекрасно интерпретировать поверхностные детали может привести к легковесному увлечению подобными деталями, что приравнивается к лишению духовности. Ямамото избежал этой ловушки, используя объективную чувственность (восприятия) физического как средство для тихих, спокойных размышлений о божественном.

В некоторой степени подход фотографа к предмету неоднозначен. Сами по себе объекты не выглядят желательным финалом, чем-то окончательным; скорее, мотивирующим фактором остаётся расположение вещей, объектов во вселенной – их расстановка и перестановка рождает бессчётные истории. Об этой взаимосвязанности – сформулированной в термине «Непостижимая реальность» - персидский поэт XIX века сказал так: «Каждое создание в целой вселенной - всего лишь дверь, ведущая к познанию Его, символ Его могущества, откровение Его имён, символ Его величия, знак Его власти...» [Священные Письмена Бахаи / Bahá'í Writings - прим. перев.]

Первая монография Ямамото, «Коробка Ku» - роскошная коллекция таких знаков и символов, тщательно собранных в мире, где он живет. Мы видим запруду с головастиками, букет фейерверка - выше городского горизонта, собаку, окунувшуюся в тень, и юношескую руку, которая держит ветку на фоне летнего неба. Каждый из этих неповторимых, отдельных моментов служит признаком универсальных, всеобъемлющих законов, нас окружающих и ткущих неоспоримую взаимосвязанность жизни.

Источник: Thoughts on the work of Masao Yamamoto / Darius Himes / photo-eye Booklist, Summer 2002

Перевод – Е. Кузьмина © При использовании моих переводов обязательна ссылка на сайт http://elenakuzmina.blogspot.com/

No comments:

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...